| ПЕРЕСМЕШНИК |
| По
реке плывет топор |
| Штрихи к
портрету кандидата в депутаты Госдумы |
Всем надоевшая первоапрельская шутка о
подводной лодке, проплывшей под нашим мостом, -
скорее всего, хорошо законспирированная правда.
Откуда, как не с нее, десантировался на волжском
берегу капитан первого ранга Василий Евгеньевич
Полищук, лицо никому доселе в городе неизвестное.
Судьбой в лице верховного морского начальства
предписывалось ему тихо дожидаться пенсии на
арсенальских складах приписанного к
Ульяновскому гарнизону подразделения. Но разве
мог красавец-каперанг, романтик морских глубин,
опуститься до уровня пенсионера грядкокопателя
и разделить аграрно-ветеринарные пристрастия
героя воздушного океана генерала Руцкого?
Политика - вот тот огород, в который решил
забраться бывший морской волк, а ныне сухопутный
стратег господин Полищук. Плох тот солдат,
который не мечтает стать генералом, и какой же
политик не метит, если не в Президенты, то уж в
депутаты Государственной Думы как минимум.
Москва, Дума - вот направление главного удара
ульяновского подводника, пустившегося в
плавание с флагом КРО четыре года назад.
И не где-нибудь в заштатном Ульяновеке, а
прямехонько в центре Красной площади записал
свой первый рекламный ролик кандидат в столичные
государственные деятели.
Традиционно пообещав крестьянам землю, рабочим -
работу, морякам - море, а летчикам - небо, будущий
вершитель судеб Отечества бабахнул прямой
наводкой: "Москва -сердце, мозговой центр нашей
нации, именно отсюда и начнется возрождение
России!". И скромно, но настойчиво пояснил, что
без него, господина Полищука, этот процесс
просто-напросто не пойдет.
Но главный мозговой центр нации дефицитом мозгов
не страдал никогда, мастеров политической
декламации там тоже в избытке, а ульяновский
электорат посмотрел на бравого морячка с Красной
площади более с равнодушием, чем с любопытством,
потому как видали мы и казаков, добывших где-то
пропахшие нафталином галифе и папахи, и
кришнаитов в длинных юбках, и братьев известной
Марии-Деви. Поэтому ни бравый вид Василия
Евгеньевича, ни блеск золотого галуна на
капитанском мундире, ни даже левитановские
интонации в добросовестно выученном тексте
ролика желаемого результата не дали. Как говорил
его сухопутный собрат - сельский писарчук,
отставной артиллерист Яшка из "Свадьбы в
Малиновке": "Бац, бац - и мимо!".
И пришлось размечтавшемуся о кремлевских
звездах и московских курантах несостоявшемуся
политику снова с тоской лицезреть из окна
неприглядную панораму ульяновского захолустья и
ходить на службу в опостылевший сухопутный
учебный центр по подготовке морских
специалистов, где личного состава всего-то семь
мужичков и четыре женщины. Но наполеоновские
планы бились под флотской фуражкой и жгли душу,
томили сердце. Отказаться от роли лидера
каперанг уже не смог. Однако, обжегшись на
столице, решил действовать более осмотрительно.
Несостоявшийся думец и невостребованный
мыслитель залег на дно в политической провинции
и, подняв перископ, стал искать новую гавань.
Политическая платформа и экономическая
программа кандидата в мэры Виталия Марусина
засияли перед Василием Евгеньевичем, как свет
долгожданного маяка в безбрежном океане. Цель
была выбрана, и на этот раз попадание - сто
процентов. Политический нюх его не подвел, грядка
на этом огороде оказалась урожайной.
Войдя в состав команды претендента на мэрское
кресло, господин Полищук особо отличился в
украшении заборов листовками и прокламациями.
Тревожной предвыборной ночью экипаж машины ППС
озадачился вопросом: кто там улицей крадется? Кто
в глухую ночь не спит? Это чья листовка вьется?..
Вдоль заборов в ночь глухую с ведерком клея и
пачкой прокламаций пробирался не кто-нибудь, а
бравый каперанг Василий Полищук. А следом за ним
(слыхали про рояль в кустах?) крались как будто бы
случайно оказавшиеся ночью на пустынной
Заволжской улице телевизионщики, уже знавшие,
кстати, что подпольщика - краснофлотца
обязательно задержит милиция, и они смог поутру
растиражировать факт произвола бывшей городской
власти над истинным демократом.
Перед телекамерами (благо, ребята были свои)
каперанг не стеснялся. Рванув на груди тельняшку,
пообещал он уволить всех сотрудников
Заволжского РОВД к... как только сменится власть.
Не зря рисковал Василий Евгеньевич. Победа
пришла. Команда Марусина прорвалась к власти. Но
за труды праведные с мэрского плеча была
пожалована верному другу и соратнику должность,
прямо скажем, не по чину, не по старанию - помощник
мэра. Что за птица? То ли секретарь, то ли Бог его
знает что?
Хотя, насколько может судить человек, не
приближенный к окружению мэра, функции Полищука
как помощника были весьма многотрудны. Это
именно он предстает перед всевозможными
ходоками и просителями. Оно и понятно: мэру
города недосуг заниматься проблемами
челобитчиков, даже если они представляют
интересы всех учителей, всех врачей и всех
пенсионеров города. Именно поэтому для общения с
бюджетниками и прочими, и прочими, прочими был
выдвинут Василий Полищук - действительно удобный
для своего патрона во всех отношениях.
Как пенсионер он мог бы найти общий язык с
пенсионерами, как отец троих детей
- с учителями и мамашами, не получающими пособия
на детей. А если вдруг придут военные, отставной
капитан всегда сможет блеском погон и выправкой
расположить их к себе. Ну, а придут коммунисты -
Василий Полищук, верный сын партии,
продемонстрирует им партийный билет за таким-то
номером.
Однако фокус не удался. На этот раз промахнулся
мэр. Ни бравый вид, ни блеск галуна на уже
отмеченном пятнами политических боев слегка
потрепанном мундире не сделали из господина
Полищука видную политическую фигуру.
Более того, после пламенной речи перед
ульяновскими педагогами, рявкнув на голодных
учителей, как на проштрафившихся матросов,
каперанг был бит прекрасным полом. Ну, не то чтобы
бит, но дамские ручки изрядно потрепали ему
китель.
Вот к чему приводят хождения морского волка по
провинциальным политическим огородам.
Но одна из заповедей исконно офицерской
старинной карточной игры преферанса гласит:
"Битому неймется". И неймется-таки! Сегодня
бравый моряк, чтобы плыть в политику дальше,
вновь начистил эполеты и аксельбанты, сделал
мэрии ручкой и под грохот канонады морских
орудий" и вой стартующих ракет нового
рекламного ролика повел очередную атаку на
доверчивого избирателя.
Бывший член КПСС, активист КРО, постоянный
участник всех политических тусовок и ветеран
всех предвыборных баталий дал себе команду:
"Всплытие! Курс прежний: Москва,
Государственная Дума!".
Не всплывает, как известно, только золото. Так
что, если увидите, как блеснет золотой погон в
водах политической реки, не обманитесь.
М. РУСИН
|
| ГЕРОИ НАШЕГО ВРЕМЕНИ |
| СКАЗКА ПРО ХОЗЯИНА
МАЛЕНЬКОГО-МАЛЕНЬКОГО ДОМИКА |
В одном маленьком-маленьком домике, что уютно
угнездился в живописном местечке вблизи
большого и шумного города, поселился
важный-преважный господин, которому очень
хотелось, чтобы его любили все, ну прямо что ни на
есть весь народ. И поэтому ему нравилось, когда
его называли добрым старинным словом
"товарищ". Мало того, человек этот такой уж
был предусмотрительный да хитрый, что считал
своим наисвятейшим долгом регулярно, не реже
хотя бы одного раза в месяц, подвозить на своей
лакированной машине бедный люд из той
деревеньки, где он свой маленький-маленький
домик с тремя спаленками изволил выстроить. И
поступал он так, надо сказать прямо, очень верно.
Как еще в наши смутные времена лучше понять
народ, если не потолковать с ним минуту-другую
прямо вот так, глаза, как говорится, в глаза. И
повыведаешь все его беды, невзгоды и чаяния,
чтобы потом ему же все это самое и повысказать на
митинге али еще на каком многолюдном сборище.
Вот так и жил этот уважаемый человек, к большой
власти приставленный, бывший правитель, бывший
банкир, бывший начальников всех командир в своем
маленьком-маленьком домике, у которого только
крыша большая, "чтобы красивше было", как он
любил говаривать. Ничего не поделаешь: красоту
любить не запретишь. Да и вообще, хозяин он был
основательный. У него
не только здесь красота, она и в шумном городе
водилась немеряно. Кто не видел его красного
камня дома-крепости на самом видном месте
красивого города рядом с большим банком? Не зря,
видать, поэтому и самого хозяина прозвали
красным банкиром.
И вот однажды пришел к нему крестьянин Иван да
про горе свое горькое поведал. Ну не идут дела у
него никак, хоть плачь. Урожай не удался, зарплату
не платят, дом сгорел, а жить-то все равно хочется.
Приветил его хозяин, но в самые хоромы, где три
спаленки, приглашать простолюдина не стал, в
кухоньке зеркальной принял. Подивился Иван
благолепию тому кухонному и невпопад взял и
ляпнул:
- Рябчиков, чай, поди здесь жуешь, ваша светлость?
Не понравилась хозяину домика такая дерзкая
речь,-но виду он особого не подал. И рассудительно
поучать стал невежу:
- Какие, Ванюша, рябчики. С колбасы на картошку
перебиваюсь. Что на мою зарплату махонькую
сделаешь? И вообще, зови меня, Иван, товарищем.
Больно слово это мне нравится.
А Иван опять за свое:
- Гусь, - говорит, - свинье не товарищ.
И этим, было, весь разговор чуть не испортил.
Нахмурил брови свои могутные хозяин маленького
домика и снова вразумлять заблудшего принялся:
- Где гуся ты нашел, Ванечка? Я же рядом с тобой
живу, одним воздухом с тобой дышу. Ни одной
животины на моем дворе нет. Да и забыл ты, что ль,
как катал я тебя на машине моей лакированной?
Про "свинью", между тем, вспоминать и спорить
не стал - видать, согласился. Про печаль же
Иванову маленького домика с большой крышей
хозяин тоже не полез в карман за ответом:
- Что ты, Иван, сокрушаешься? Ничего удивительного
в беде твоей нет. Погляди, жизнь какая премерзкая.
Либералы-буржуины проклятые власть захватили,
кровь сосут народную, Рассею родимую губят под
корень самый. И ты сам, Ванюшка, виноват во всем
этом. Помнишь, я на митинге говорил тебе: "Не
верь буржуям", а ты, пострел, поверил. Вот и
страдай, не жалуйся.
- Не буду я больше верить им, твоя светлость
товарищ, только денег мне дай хоть маленечко...
Похлопал хозяин домика Ивана по плечу отечески и
добавил:
- Нет, не дам я тебе денег, товарищ Иван. Откуда они
у меня? Банкир-то я, может, и банкир, но банкир
народный. Все денежки я у народа брал. В
сбережение. Им же и отдавал потом.
- Ага, сказывали мне. Рубль-то брал настоящий, а
вертал одни нолики.
- Эх, Иван-Иван, темная голова. Так а я-то при чем
тут? Это либералы-буржуины проклятые
напакостили. А я же красный весь, аль не видишь?
Даже домина моя и то красная-прекрасная. Я,тем
более, всем ведь вам тогда говорил: обманут вас
эти буржуи бессовестные.
Усмехнулся хитровато Иван да и спрашивает:
- Если все вертал, на что же ты себе домик этот
малюсенький отгрохал? А?
Не растерялся хозяин маленького домика Иванову
коварному вопросу - и не в таких переделках
бывать доводилось. Не промедлив ни секундочки,
так и вымолвил:
- Темнота ты беспросветная, Иван. Ничего в
банкирском деле не смыслишь. Нолик нолику не
всегда ровня. Нолики надо когда в строчку, а когда
и столбиком писать. Разница получается немалая.
Секрет здесь, - шепотнул он многозначительно, -
строгий. Знают его не все, но я ведаю. За это и
домик слепил этот скромненький. Ты, брат, не
гляди, что крыша высокая, это чтоб красивше со
стороны смотрелось.
Речи эти ученые слушал Иван с открытым ртом.
- Ну и хват ты, Ваша светлость товарищ. Из ноликов
и хоромину такую сманстрячил. Помоги и мне, Ваша
светлость!
- А разве я тебе не помогаю? На митингах громче
всех вскрикиваю, что ограбили Россию, а это
значит и тебя. На партсобрания хожу, речи строгие
рассказываю. Зачем я это делаю? За тебя, бедного,
хлопочу.
Почесал Иван репу свою бестол-
ковую, покачал головой из стороны в сторону и
вдругорядь за свое:
- Спасибо тебе низкое за хлопоты, но ты бы лучше
деньжонками мне помог, хоть в долг бы под свой
банкирский процент дал.
- Бог с тобой, Иван. Я теперь от банкирского дела
отставленный. Откудова у меня деньги-то? -
Помолчал, бровями поводил и продолжил:
- Вот ты думаешь, почему я сейчас живу припеваючи?
Ага, не знаешь! Потому, что крыша у меня высокая.
Люди глядят на нее и думают: "Крепкий хозяин
тут живет, ему и верить, и в долг дать можно. Он с
ними поморокует чуток и отдаст, да еще и с
придачею". Вот как жить-то надо, Ванечка. А беда
твоя пусть укором да уроком тебе станет. Будешь
впредь слушать меня внимательней. А за советом у
меня не застрянет. Надо - хоть завтра приходи, - и
глаза свои в потолок лепной да высокий уставил.
Понурил Иван свою голову кудрявую, расправил
кепчонку ношеную и принялся ее в комок
аккуратный скручивать.
- Благодарствую, благодетель ты наш, ваша
светлость товарищ. Вот, гляди, все советы твои в
кепку сложил, беречь и пользовать теперь стану. -
А сам и впрямь кепку поглубже за пазуху
засовывает, - Пойду крышу себе большую строить,
авось и мне счастье твое красное привалит.
И пошел он себе с Богом.
Е.ВЯЧЕСЛАВОВ
|
|
